Размышления с обвинительным уклоном (jim_garrison) wrote,
Размышления с обвинительным уклоном
jim_garrison

Categories:

В связи со смертью

Оригинал взят у jim_garrison в post
На дворе 1993 год. Только что "переучреждено", как любит говорить наша политическая молодежь (и о чем вновь мечтает), государство. Империи и треклятой вертикали и в помине нет. Путин, от которого все беды, сидящий на погибель русскому народу на кавказских кинжалах, еще не приобрел столь эпически-злодейских свойств, явно присущих ему ныне. Красота, одним словом.

Бежавший за рубеж от преследования правоохранителей "известный предприниматель" Артем Тарасов, выигрывает выборы в Госдуму и возвращается на родину.
Вот пара историй от него самого о том славном времени:

История 1.

Буквально сразу же мне опять позвонил Наум: надо поговорить! Я сказал, что согласен в любое время, и мы назначили стрелку в ресторане "Пиросмани", недалеко от Новодевичьего кладбища.
Малик был очень недоволен.
- Так дела теперь в России не решаются, - выговаривал он мне. - Нужна серьезная подготовка. Там обязательно будет стрельба.
В последнее я поверить не мог. Мы же не в Техасе, в самом деле! Я уже не знал той России, где находился... Куда ему до нас - мирному Техасу...
Малик Сайдуллаев, который тогда меня поддержал, спешно бросил клич ко всем лицам чеченской национальности, живущим в Москве. И вечером к ресторану "Пиросмани" стали подъезжать на джипах вооруженные до зубов люди. Заодно у нас был повод: отпраздновать мою победу на выборах в Госдуму.
Всего на моей стороне собралось не меньше сорока человек, причем многие друг друга вообще не знали, но на зов откликнулись сразу. Тогда, в 1993-м, за год до первой чеченской войны, организованность в рядах чеченцев была, несомненно, одним из главных факторов, с помощью которого они вскоре захватили контроль над московским бизнесом и криминальным миром. Воровские и бандитские группировки в Москве предпочитали с "чехами" не связываться и никаких дел с ними не иметь. Во-первых, у них не было принято держать данное слово. Как у арабских шейхов - сегодня сказал, а завтра передумал! А во-вторых, "чехи" стреляли сразу, в отличие от разборок, устраиваемых российскими бандитами. Когда банда Наума увидела, какое количество джипов собралось у ресторана, они сразу все поняли, развернулись и уехали. Это было откровенное признание своего поражения.

История 2.

Мой заместитель по объединению "Исток" Владимир Павличенко привел своего приятеля-ингуша Аслана Дидигова и сказал, что он достанет очень хорошие ковры, которые мы сможем выгодно продать.
- И вообще, он вращается в разных кругах, ходит на сходки в ресторан "Узбекистан", и если, не дай бог, что случится, к нему можно будет обратиться.

Со временем Дидигов и Мусатов фактически вошли в число тех пяти-шести человек, которые составляли верхушку моего объединения "Исток". Мы вместе проводили время, отдыхали и ездили в командировки. Аслан Мусатов вник во все тонкости дела и действительно работал на наш общий успех.
Однажды мы все же обратились к Дидигову за помощью....
- Нет, всерьез наехали и хотят с тобой встретиться.
Потом оказалось, что это были люди того самого вора в законе по кличке Наум. Я рассказал об этом звонке Павличенко, он передал информацию Дидигову, и тот пошел на изучение ситуации в ресторан "Узбекистан", где обычно собирались по таким поводам. Поговорил там и выяснил, что это действительно Наум, вор уважаемый, и зря затевать наезд он не будет... я поехал … на встречу с представителем Наума. Мне, правда, дали в сопровождение Торпеду, квадратного молодого человека почти безо лба и не произносившего ни единого слова. Но после одного взгляда на его кулаки все становилось понятно без слов.
… Я искренне считал его своим приятелем. Когда у него родился очередной ребенок, а я был уже за границей, то немедленно перевел ему пятьдесят тысяч долларов, хотя у меня в тот момент было не очень хорошо с деньгами. Это была вторая ошибка. Однажды Дидигов заехал ко мне в гости в Лондон. Он уже купил себе греческий паспорт и путешествовал по миру, "наварив" очень большой капитал на афере с чеченскими авизо, которые были инструкциями Центробанка на выдачу наличных денег, только поддельными.
Я тогда впервые услышал о чеченских авизо, и Дидигов мне объяснял:
- Артем, это же так просто! Мы пишем бумажку, она идет в банк. Получаем два грузовика наличных и везем их прямо домой, в Грозный.
Аслан процветал - купил виллу под Цюрихом, роскошный "Роллс-Ройс". Он уже постоянно общался с бандитами: играл с ними в казино, у кого-то занимал деньги, с кем-то крутил дела...

И вот в 1993 году, победив на выборах в Госдуму, я вернулся в Москву и стал работать депутатом. Дидигов позвонил мне однажды и попросил заказать пропуск в Думу. Я обрадовался: все же старинный приятель хочет ко мне зайти, что ж тут плохого?
Пришли двое. Прямо с порога Аслан заявил мне:
- Ну что, когда ты будешь с нами расплачиваться? Я очень удивился:
- За что, Аслан?
Он отвечает:
- Все подсчитано, ты должен мне заплатить шесть миллионов долларов! За то, что я был твоей "крышей" в "Истоке", ты должен мне половину всех своих денег! Не заплатишь, будем разбираться по-другому.

...В 1993 году у Дидигова было уже множество контактов с крупными вооруженными группировками, имевшими на своем счету целый ряд убийств. Я узнал об этом у самого господина Рушайло, когда он еще был на посту начальника ОМОНа и согласился со мной встретиться. На Дидигова там имелись целые папки информации, были описаны все его связи, хранились снятые оперативные видеопленки. Почему же его не брали? А зачем? Во-первых, не было на это заказа и никто за это не заплатил, а во-вторых, если не взять "с поличным", тогда нужно вести гнусное и долгое следствие, которое могло бы закончиться ничем. Нет, особого смысла брать его в ОМОНе не видели.
- Вот когда он вас обстреляет или похитит, тогда мы его и возьмем, - сказали мне с улыбкой в милиции.
Вскоре Дидигов в сопровождении пяти вооруженных бандитов приехал в компанию "Милан". Они зашли в кабинет, где сидели мы с Маликом Сайдуллаевым. Один из них достал пистолет, передернул затвор, положил в карман - так это все начиналось...
... Малик понимал, насколько все серьезно. Зря затвором в России не щелкают. Моя жизнь висела на волоске...

Надо было просто выдержать наезд. За дверями офиса ребята тоже вооружились. Откуда-то появились пистолеты и даже один ручной пулемет. Поскольку наехавшие говорили по-чеченски, то у оставшихся на улице при джипах с нашей охраной завязалась беседа.

- Он друг Малика, и мы его не отдадим, - заявили наши чеченцы.
- Вы против вайнахов не пойдете ради какого-то русского, - возражали другие из свиты ингушей.
Встреча закончилась ничем - нужен был судья. У русских обычно приглашают воров в законе, а в чеченских разборках это может быть чеченец или ингуш, которого уважают обе стороны.
И такой человек вскоре нашелся - генерал в отставке, чеченец, живущий в Москве. Он занимался крупным бизнесом и вообще был культурным человеком. К нему обратилась наша сторона, и Дидигов со своими бандитами признал его авторитет.

Мы назначили новую встречу, на которой я опять должен был доказывать Дидигову, что ничего ему не должен... Даже по воровским законам считалось, что здесь явно что-то не так. Опять мы разошлись, ничего не решив...

Дидигов обратился к известному чеченскому бандиту Хозе, который только что вышел из тюрьмы, был зол, голоден и без средств.

Вдруг, непонятно почему, на офис "Милана" нагрянул подольский ОМОН. Устроили обыск, перевернули все вверх дном, но ничего не нашли. Они искали оружие, как стало ясно через полчаса.
После их отъезда в кабинете Малика появился сам Хоза в сопровождении бригады вооруженных до зубов чеченцев. На улице расположились десятки машин с головорезами, прямо на Ленинском проспекте, на глазах у прохожих, которые, видимо, ожидая перестрелки и взрывов гранат, старались быстро перебраться на другую сторону улицы.

Мы предполагали, что наезд случится, но вообразить, что в этом будет замешан подмосковный ОМОН, конечно, не могли. Малик тоже готовился к встрече заранее: он пригласил в Москву друзей из Тольятти и Питера.

В большом зале офиса собрались человек тридцать. Остальные ждали на улице. Меня тут же вызвали. Я вошел в зал, пожал руку Хозе, познакомился с другими бандитами. Но когда мне протянул руку Дидигов, я отказался от рукопожатия...
С их точки зрения, это было абсолютно неправильным поведением - оскорблением всех присутствующих. Хоза взорвался и стал кричать по-чеченски. Я не понимал ни слова, но без труда осознал, что опять допустил непоправимую ошибку. Однако пожать руку Дидигову меня никто бы не заставил, даже под пыткой.

Чеченцы с моей стороны выдержали этот взрыв очень спокойно и стали говорить по существу. Я ничего не понимал. Да меня фактически и не спрашивали. Меня просто, как вещь, делили две эти группировки, а я должен был сидеть и ждать своей участи, о которой, возможно, мне будет объявлено.

Что мне оставалось?

Я сидел и ждал.

Депутат Государственной думы от Центрального округа Москвы, член Комитета по безопасности, кандидат технических наук, свободный и обеспеченный человек, в своей родной стране, я должен был тупо наблюдать, как за меня решали мою судьбу и жизнь. Один из наших ребят из Тольятти по имени Шамад еще недавно работал следователем. Поэтому он прекрасно знал и воровской жаргон, и аргументы, которые надо приводить на сходках и разборках.

- Допустим, Аслан имеет право на этого коммерсанта, - говорил он нарочито по-русски... - Но смотри, Хоза, что произошло. Коммерсант написал заявление, ушел с работы, забрал свою долю, и никаких претензий к нему не было. Какого черта претензии возникли через четыре года, когда коммерсант уже принадлежит другим хозяевам?

Это все говорилось обо мне. Я был вещью, которой пользовались! Которая кому-то, оказывается, принадлежала!

Но дело все равно оборачивалось не в нашу пользу. Хоза нуждался в деньгах и продолжал настаивать, чтобы чеченцы отдали чужого.

Вдруг кто-то сказал:

- Мы уже один раз разбирались, у нас был посредник, давайте его вызовем.

Вызвали. Приехал чеченский судья и тут же заявил:

- Я этим людям руки тоже не подам - они мне предлагали войти в долю и украсть Артема.

Дидигов с компанией были морально уничтожены. Они серьезно подставили Хозу - ведь он приехал честно разбираться, по чеченским понятиям, а получилось все по-бандитски несправедливо. Разборка закончилась миром. Хоза сказал:

- Все, больше мы Тарасова не трогаем!

Я тогда уступил и пожал руку Аслану Дидигову, и мы даже договорились вести совместный бизнес...
Tags: Артем Тарасов, святые 90-е
Subscribe

  • (no subject)

    Борис Слуцкий. Баллада о догматике — Немецкий пролетарий не должон!- Майор Петров, немецким войском битый, ошеломлен, сбит с толку, поражен…

  • Александр Городницкий

  • (no subject)

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments

  • (no subject)

    Борис Слуцкий. Баллада о догматике — Немецкий пролетарий не должон!- Майор Петров, немецким войском битый, ошеломлен, сбит с толку, поражен…

  • Александр Городницкий

  • (no subject)