Размышления с обвинительным уклоном (jim_garrison) wrote,
Размышления с обвинительным уклоном
jim_garrison

Category:

О "небольшом боеспособном ресурсе" и институтах

Конечно, это категорически неправильно судить о взглядах человека по подобранным таким исследователем как Илларионов цитатах, но насколько я помню его последнюю публичную лекцию, этот аспект взглядов Гайдара отражен более - менее адекватно. Итак, цитаты из книги Егора Гайдара "Смуты и институты":

С. 9: Важнейший атрибут государства — монополия на применение насилия.
С. 15: В ХХ веке Россия совершила немало ошибок. Две из них были связаны с радикальной деинституциализацией в 1917—1921 годах и на рубеже конца 1980-х — начала 1990-х годов. Цена их была очень высокой. Не повторить их — наша задача.
С. 20: В сельскохозяйственных районах невелико число людей, способных подавить крестьянские беспорядки... Когда риск применения государством силы снижается, вместе с ним уменьшаются и доходы бюджета.
С. 21: ...если не платить налоги, то рано или поздно власть пришлет войска.
С. 21: Кризис государственных финансов, вызванная им ненадежность войска, конфликты с соседями могут подорвать способность государства применять силу при отказе крестьян платить налоги. Расчет на то, что крестьяне всегда будут послушными, войска надежными — ошибка, дорого стоившая правителям многих аграрных государств.
С. 31: Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки. Она зависит от того, что происходит на улице, готовы ли солдаты выполнить приказы, отдаваемые властями. Когда в 1789 году стало ясно, что солдаты приказы не исполняют, режим рухнул, как карточный домик. Выяснилось, что в армии нет полка, готового выступить по приказу короля[20]. Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка. Успех служил оправданием бунту. Государство оказалось не просто слабым, а бессильным. Институты старого режима разрушились в течение нескольких дней[21]. 
С. 34: В готовности стрелять по участникам крестьянских беспорядков национальная гвардия проявляла больше решимости, чем войска старого режима.
С. 39-40: Ключевой институт — монополия органов государства на применение насилия. До тех пор, пока она сохраняется, пока армия готова выполнять приказы, режим остается стабильным, крушение ему не грозит. В России это показали события 1905—1907 годов, когда гвардейские части подавили попытку вооруженного восстания в Москве, а вернувшаяся с Дальнего Востока армия усмирила вышедшую из-под контроля деревню.
С. 40: Но верность армии существующей власти, ее готовность выполнить приказ применить оружие против народа — не гарантирована. Когда в казармах говорят о том, что в случае народных волнений войска могут отказаться стрелять, число военных, готовых открыть огонь, сокращается. Солдаты и офицеры понимают: если режим падет, то толпа растерзает тех, кто открыл огонь.
С. 40: Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой... Полагать, что после отказа применять оружие против народа воинские части спокойно вернутся в казармы, — иллюзия.
С. 41: Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть.
С. 48: §1. Крах Российской империи — солдаты отказываются стрелять в толпу.
С. 49: Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась.
С. 49: Генералом Хабаловым было объявлено о воспрещении скопления народа на улицах и подтверждено, что всякое проявление беспорядка будет подавляться силой оружья.
С. 50: Те, кто защищал власть, в меньшей степени интересовались историей французских революций, но помнили опыт 1905—1907 годов. Из него они извлекли: если власть готова применить силу, антиправительственные выступления можно потопить в крови. И для тех и для других итог событий 26 февраля был ясен: режим отдал приказ стрелять, армия его выполняет, беспорядки будут подавлены[8].
С. 50: План действий на случай массовых беспорядков в Петрограде у власти был. Но предпосылкой его реализации была лояльность войск. Это власти не подвергали сомнению. Шаги, которые необходимо предпринять, если солдаты откажутся выполнять приказы, в планах предусмотрены не были. Те, кто отвечал за обеспечение порядка, понимали, что стрельба по безоружным соотечественникам — для солдат тяжелая психологическая травма[9]. Но до вечера 26 февраля отказ стрелять по демонстрантам был редкостью, такие случаи пресекались начальством[10].
С. 50-51: В ночь с 26 на 27 настроение солдат стало меняться. «Применение ружейного огня против толпы всегда производит сильное впечатление на солдат и на офицеров. Когда же стрелять приходится против невооруженной толпы, среди которой большинство просто зеваки, впечатление оказывается почти потрясающим. Вид безоружного противника, вид убитых и раненых из его рядов смущает солдата. Да правильно ли поступает начальство, приказывая стрелять? Да хорошо ли, что мы стреляем? Эти вопросы невольно приходят в голову солдата»[11].
С. 51: Из телеграммы военного министра генерала Беляева генералу Алексееву 27 февраля 1917 года: "Начавшиеся с утра в некоторых войсковых частях волнения твердо и энергично подавляются оставшимися верными своему долгу ротами и батальонами.
С. 51: При крахе военной организации решающее значение имеет то, остались ли в распоряжении властей пусть небольшие, но надежные части. Полковник Кутепов просил для выполнения приказа одну надежную бригаду. Ее не нашлось. 
С. 51-52: Кутепов: «В роте уже имелось распоряжение, что 12 пулеметов поступают ко мне. Когда я обратился к командиру полуроты штабс-капитану... и спросил, могут ли они открыть огонь по первому приказанию, то он очень смущенно мне заявил, что у них нет совсем масла и воды в кожухах... Я приказал ему послать за всем необходимым и на первой же остановке немедленно изготовить пулеметы к бою... Вслед за этим подойдя к пулемету, стоящему у Артиллерийского переулка и направленному на Баскову улицу, я был удивлен, найдя его не заряженным. Когда я приказал его зарядить, то командир полуроты, стоявший здесь, сказал, что у них в кожухах нет воды и глицерина, а также нет смазки, и что пулемет не может быть изготовлен к бою... Большая часть моего отряда смешалась с толпой, и я понял, что мой отряд больше сопротивляться не может»[13]. 
С. 52: За 24 часа, прошедших между вечером 26 и вечером 27 февраля 1917 года, императорская власть, имеющая за собой многовековую традицию, перестала существовать.
С. 52: Когда происходит подобная катастрофа, роль писаных законов, правовых процедур — невелика. Монополия государства на применение силы рушится. Ключевой вопрос — есть ли боеспособные части и чьим приказам они подчиняются. Россия — империя, втянутая в Первую мировую войну, к вечеру 27 февраля, стала государством, в котором нет ни надежной армии, ни признанной власти.
С. 53-54: А.Деникин летом 1917 года говорил: «Армия развалилась. Необходимы героические меры, чтобы вывести её на истинный путь... Если вы спросите меня, дадут ли все эти меры благотворные результаты, я отвечу откровенно: да, но далеко не скоро. Разрушить армию легко, для возрождения нужно время. Но по крайней мере они дадут основание, опору для создания сильной и могучей армии»[16].
С. 55: ...начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин: «Таким образом, выступить Половцову в буквальном смысле не с кем... Требую не бригаду, не полк, а хоть один батальон»[21].
С. 56: В распоряжении Временного правительства надежных войск нет.
С. 57: История русской революции начала ХХ в. показывает, какую роль в периоды хаоса и анархии играют пусть немногочисленные, но боеспособные, готовые исполнять приказы части[26].
С. 76: Заставить деревню сдавать зерно в необходимых объемах царское правительство не могло. К жестоким репрессиям против крестьян оно было не готово.
С. 76: Пойти на это, когда организованной вооруженной силы у власти нет, а развитие событий определяется поддержкой столичной уличной толпы, рискованно.
С. 76-77: Чтобы реализовать эту стратегию, необходим государственный аппарат, способный распределять обязательства между губерниями, уездами и волостями, контролировать исполнение заданий, транспортировку грузов, их распределение. Аппарат, готовый применить силу к тем, кто задания не выполняет[79]. Это возможно, если у власти есть вооруженные силы, готовые выполнить её распоряжения.
С. 117: У кого 22 августа 1991 года в руках оказалась власть?... У союзных властей, которые дискредитировали себя провалившимся путчем? Их приказу применить силу не подчинился бы ни один полк.
С. 118: 22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли не умирать за свободу, а праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна. 
С. 123: В те дни офицеры и генералы в интервью журналистам заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры» и «терпение людей в погонах имеет предел». Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет.
С. 124: ...если нет боеспособной армии, действующих правоохранительных служб, пограничного контроля, центр перестает контролировать ситуацию на местах.
С. 173: Силовых структур, готовых реализовать указ Президента РФ о роспуске Съезда, тоже не было.
С. 178: К этому времени вопрос о неизбежности силового противостояния между Правительством и Верховным Советом стал ясен всем, кто был близок к процессу принятия решений... Ядерная держава не могла жить в условиях безвластия... Ключевыми стали вопросы: как восстановить эффективную систему власти в России? Когда? Кто победит в противостоянии?
С. 179: Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым применить силу. Поведение силовых структур предсказать тогда было невозможно.
С. 180-181: На протяжении последних лет мы много раз повторяли, что армия вне политики, её нельзя привлекать для решения внутриполитических конфликтов... Однако развитие событий 3 октября показало, что деморализованная милиция и внутренние войска не способны отстоять порядок в Москве... Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной. Но будут ли приказы выполнены, не получится ли, как в августе 1991 года, что армейская машина просто откажется сдвинуться с места, будут лишь рапорты и показная активность? Уверенно ответить на такой вопрос не мог тогда никто, думаю, включая министра обороны и президента.

Вообще-то "радикальная деинстуциализация", которую он датирует 1917-1921 годами, началась значительно раньше. Да, революцию 1905-1907 годов армия подавила, но сам факт массового применения армии против своего населения означает крах институтов. Есть подозрение, что Гайдар, что такое институты не совсем в этой связи понимал. Хотя, впрочем, для радикального монетариста признание главной причиной отечественных катастроф именно "деинституциализации" сам по себе большой прогресс.
Что есть институт - это системная связь идей, норм и практики (т.е. действий людей). С чем связана радикальная "деинстуциализация" начала ХХ века? С тем, что начали уходить идеи, на которых держалась самодержавная монархия. Вообще это хорошо видно по поколениям: по мере того, как вместе с поколениями уходила религиозность, все труднее и труднее Россия переживала революционные кризисы. Для победы над нечаевщиной и десятилетней паузы в терроре хватило романа Достоевского (т.е. на уровне идей), народовольцев подавила объединившаяся аристократия на уровне спецопераций, а вот революционное движение, начавшееся начиная с 1902 года, и идеологически и террористически обыграло власть и в революции только армия смогла переломить ситуацию. В 1917 году же уже и армия перешла на сторону революции. Почему не оказывается готового стрелять батальона? Потому что кончаются люди считающие нечто стоящим того, чтобы ради него убивать. Если идеи не воспроизводятся, не доказывают ежесекундно, что жить нужно только ним, то рано или поздно физически вымирают приверженцы этих идей, другие переходят к иным идеям. Разница между 1906 и 1916 годами состоит помимо всего прочего в том, что умные реакционные старики вроде Дурново поумирали или стали старше десять лет как Горемыкин, опереться стало не на кого.

Как в связи с этим можно "не допустить" новую "радикальную деинституциализацию" - совсем не понятно, что Гайдар имел в виду. По большому счету наш социум, если его можно так назвать, лишь с большой долей условности институциализирован. Да, есть какие-то правила, но большая часть считает их временными и долгосрочной перспективе они никого не устраивают.
Subscribe

  • Саботаж, глум и фига в кармане

    На НТВ вышел дурацкий пропагандистский антисоросовский ... э-э-э... фильм (?). И все бы ничего, пропаганда - жанр специфический, но в качестве…

  • (без темы)

    DAVID P. GOLDMAN. Gobbling China’s exports, US sinks into dependency Illustrating the state of America’s supply chains, orders for US-made…

  • (без темы)

    В чем отличие перехода на ВИЭ от других энергетических революций? Раньше новый вид энергии давал преимущество по сравнению со старым, преимущество,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments