March 14th, 2015

То ли было, то ли нет.

"Как сообщает французский бюллетень "Intelligence Online" в материале "Salman renouvelle le pacte nucleaire avec Islamabad" по информации от собственных источников , 3 февраля 2015 года столицу Саудовской Аравии Эр-Рияд тайно посетила пакистанская делегация с целью подтвердить стратегическое партнерство между двумя странами после прихода к власти нового саудовского короля Салмана бин Абдулазиза...
... Эр-Рияд рассчитывает на том, что Исламабад оперативно поставит саудовцам необходимые технологии, позволяющие создать независимый ядерный арсенал. Поэтому команда нового короля подтвердила политику, инициированную его братом, бывшим министром обороны Султаном бин Абдулазизом и наследным принцем Турки аль-Файсалом (занимал один из руководящих постов в GIP), которые на протяжении многих лет выступали за создание подобной тайной ядерной программы в сотрудничестве с Пакистаном".
bmpd

Выглядит достаточно правдоподобно*. Как уже отмечалось, в среде специалистов по безопасности распространена версия, что Саудовская Аравия оплатила создание ЯО в Пакистане с тем, чтобы в случае появления ЯО у Ирана, оно моментально появилось бы и у саудитов.
Возможно, что эта - утечка способ оказать давление на США в связи с переговорами по иранской ядерной программе, возможно, что давление осуществляется изнутри США.


*Что, разумеется, не означает, что это соответствует действительности

Тот же трюк, те же ошибки

Для понимания.

1. Вот фрагмент оригинальной карты плана "Барбаросса" с планом ударов группы армий "Центр" :

Collapse )

Видим очень глубокие удары 2 и 3 танковых групп Гудериана и Гота на Восток и значительно менее глубокий удар пехоты 9 армии на Гродно.

По факту случилось следующее (см. главу 3 из "Остановленного блицкрига" Исаева): штаб Западного фронта не заметил удары 2 и 3 танковых групп, а вот громкий удар пехоты на Гродно принял за главный удар в направлении на Волковыск с целью ударом на юго-восток срезать Белостокский выступ. Павлов отреагировал тем, что бросил свои подвижные резервы в составе КМГ Болдина отражать этот удар, частично убрав их даже из полосы наступления 2 ТГ Гудериана:
"За двадцать минут до полуночи 22 июня состоялся разговор между Павловым и Болдиным. Командующий фронтом приказал своему заместителю: «Организовать ударную группу в составе корпуса Хацкелевича плюс 36-я кавалерийская дивизия, части Мостовенко и нанести удар в общем направлении Белосток, Липск, южнее Гродно с задачей уничтожить противника на левом берегу р. Неман и не допустить выхода его частей в район Волковыск»[87].
Как мы видим, Павлов ждал удара на Волковыск, т. е. наступления противника в тыл фронта на сравнительно небольшую глубину. Как ни странно, это решение Павлова сыграло на руку Гудериану. Среди направлений, на которых планировалось использовать резервы Западного фронта, Брест не значился. Это избавило подопечных «быстрого Гейнца» от досрочной встречи с танками Т-34 и КВ 6-го механизированного корпуса Хацкилевича."

То есть произошло примерно то же, что и ходе французской кампании 1940 года.

Collapse )

Там удар группы армий "В" Бока был принят союзным командованием за главный удар немцев вытащил на себя англо-французские силы, а главный удар механизированными соединениями группы армий "А" отрезал их.

2. Интересна и почти синхронная аналогичная ошибка командования Юго-Западного фронта по оценке замысла противника. Там тоже недооценили глубину удара 1 танковой группы Клейста. Исаев "От Дубно до Ростова":
Collapse )

Дэвид Гланц. Наследуя Огаркову: советский и российский взгляд на меняющуюся природу войны.

Inheriting Ogarkov: Soviet and Russian Views of the Changing Nature of War

Доминировавшая в глобальной геополитике на протяжении почти 50 лет «холодная война» оставалась таковой потому, что две соперничающих страны вышли из Второй мировой войны в качестве победоносных сверхдержав с безраздельными военными возможностями и беспрецедентным охватом территорий, находившихся под их контролем или в пределах их сфер влияния. Несмотря на резко отличающиеся идеологии и политические системы, СССР и США осознали риски и потенциальные издержки войны, особенно после того, как обе державы стали ядерными к концу 1940-х годов. Словом, как только ядерный джин вырвался из бутылки, обе страны признали, что преднамеренное развязывание мировой войны не является более целесообразным действием.

С учетом этого специфического ограничения, последующее действо стало затянувшейся игрой в стратегические «кошки-мышки», в ходе которой обе страны взаимно маневрировали с целью занятия более выигрышного положения – в военном, политическом и экономическом отношении. Инструментом в этой игре была военная стратегия, в присущем каждой стороне ее понимании, управлявшая природой соперничества и налагавшая ограничения на применение сторонами военной силы. Оба государства негласно признавали, что ядерный паритет был в буквальном смысле «равновесием страха». Это разное прочтение военной стратегии, в свою очередь, было основано на эволюции взглядов сторон на меняющуюся природу войны и, в частности, на влияние научно-технического прогресса в области вооружения на природу, ход и исход военных действий.

Collapse )