Размышления с обвинительным уклоном (jim_garrison) wrote,
Размышления с обвинительным уклоном
jim_garrison

Categories:

Уроки украинского

1393145261-5120

Процессы на Украине идут разные, идут стремительно, это не попытка угнаться за ними, не целостное описание происходящего на Украине, это некоторые моменты, которые показались существенными в том плане, что выявилось что-то новое и интересное, многие явления нужно обдумать.
Тут кое-что спорно, но, тем не менее, пока это видится скорее так. Возражения принимаются и по фактуре, и по анализу.

1. Негодный рецепт.
Многим показалось, что найден рецепт от "цветной революции" - не обращать внимание на майнданы, митинги и пр., постоят, походят и разойдутся.
Ни черта подобного. В Киргизии это выяснилось сразу, а тут со второго раза: начинаются столкновения, которые легитимизируются либо как провокации власти (русского спецназа, титушек и пр.), либо через заявление, что власть не имеет право не обращать на требования народа. Это заявляли со сцены майдана перед первой попыткой взять Раду, приведшей к столкновениям на Грушевского, а потом оно широко распространилось во всех кругах, среди активистов, журналистов и пр: миллион людей выходит два месяца на майдан, а власть этого не замечает, это дает право начать наступление на власть.
И это проходит!
То, что это нарушает базовые принципы представительной демократии, сторонников революции не смущает.

2. Ничтожность формального повода.
Народ массово вышел на майдан, когда "они побили студентов", требования - уголовные дела, отставка правительства, а чуть позже и президента. Т.е. это не "украденные" или "мошеннические" выборы, украденная воля народа, вещь, безусловно, серьезная, а основание, максимум, при установленном нарушении порядка применения силы - для уголовного дела. При этом всеми признанная, легальная власть стремительно утрачивает легитимность, США и Евросоюз угрожают санкциями. Легитимность тем самым стремительно превращается в фикцию и минимально связана с легальностью, в этом смысле Украину накрыла волна "арабской весны".

3. «Управляй мечтой!» (с).
Из предыдущего пункта не следует, что люди идиоты, которые выходят на улицы из-за ерунды. "Ерунда" играет роль последней капли, переполнившей чашу терпения. Резкий разрыв между жизнью, которой живут люди, и их мечтой, которую формирует общество посредством СМИ, позволяет резким толчком создать эффект этой самой последней капли.

4. Институциональная ловушка.
Всеми отмечено, что Янукович и Партия регионов возглавили взяли курс на евроинтеграцию, превратили ее в мечту, выход для всего общества, практически спасение, сакрализовали и уничтожали все, что могло хоть как-то воспрепятствовать, прежде всего, все русское. Издержки курса оказались велики, процесс был приостановлен.
Поскольку цель сакральна, а приостановка прагматична, то получается размен высокого на низкое. Соответственно вся выстроенная инфраструктура обеспечения проводимого курса оказалась против руководителей.


5. Вовлеченность. Дух. Героизм.
Любая революция эксплуатирует благородный порыв протеста. Мы видели, что майдан замирал, люди чувствовали бессмысленность происходящего, когда ничего не происходило. Разительная перемена происходила, когда начинались столкновения, конфликты, когда майдан предоставил возможность действовать. Люди вовлекаются в деятельность, требующую духа, что кардинально отличается от их обычной жизни, не требующей героизма, у людей появляется повод проявить свои лучшие качества. В сочетании с впрыском адреналина, работой эффективной пропаганды это дает мощнейший эффект.

6. Фашизация.
Основная масса участников революции думает, что участвуют в антикриминальном восстании, кто-то никаких бандеровцев в упор не видит, а если видит, то они всего лишь одни из многих и пр.
Однако очевидным следствием революции стал выход настоящего украинского нацизма из полуподпольного и уж, во всяком случае, маргинального состояния на политическую поверхность. На это, судя по изначальному приветствию майдана («Слава Украине! Героям слава!»), и был расчет.
«Правый сектор» (понятно, что это коалиция, а не централизованная организация), его лидер и полевые командиры стали широко известны, они рекрутировали в свои ряды массу готовых действовать молодых людей, получили ореол героев, понесли жертвы, доказали, что готовы убивать и умирать.


7. Изменение политической культуры: стремительный рост роли насилия.
Большим преимуществом Украины (в отличие от России, в которой были кавказские конфликты и войны, гражданская мини-война 1993 года, терроризм и пр.) за прошедшую четверть века было миролюбие ее внутренней политики.
Оранжевая революция 2004 года была подчеркнуто мирной, что резко дисгармонировало с практически одновременной тюльпановой революцией в Киргизии. Тогда говорили о разнице между Европой и Азией. Теперь мы видим, что азиатские технологии были перенесены на Украину: штурмовики майдана изначально были в масках, с битами. Радикализация конфликта привела к применению сначала коктейлей Молотова, а потом и огнестрельного оружия обеими сторонами.
Теперь знаменитый Музычко приходит на заседание облсовета с автоматом; лидер фракции в парламенте бывшей правящей партии рассказывает иностранцам, что они голосуют под дулами автоматов; депутаты попадают в больницу после избиений, а неофициально много говорят о похищениях родственников.

8. Молчанье евреев.
Как это ни удивительно, но выход на сцену открытого, организованного и рвущегося к власти украинского нацизма не вызвал серьезных протестов еврейских организаций.
Местные еврейские организации частично поддерживают революцию, частично держат нейтралитет, протестуют немногие.
Немного досталось Маккейну за встречу с Тягнибоком, на некоторые поездки на запад Тягнибока не взяли, вот и вся реакция.
Сейчас мы видим: а) реальную мощь еврейского влияния; б)желание еврейских организаций связываться, т.е. противостоять реальному нацизму.
Считать в спокойных странах нарисованные свастики – пожалуйста. Не более.
Мы не знаем, что произойдет далее: уползут ли нацисты назад в подполье, станут одной из серьезных политических сил или по мере разворачивания кризиса превратятся в главную политическую силу, но


9. Когда посол больше, чем посол.
Чем отметился посол США на Украине (это важно) _публично_?
- он выступил посредником в освобождении силовым крылом майдана двух захваченных в плен «беркутов»;
- «после телефонного разговора главы МВД Виталия Захарченко и Посла Соединенных Штатов Америки в Украине Джеффри Пайетта был освобожден захваченное помещение Министерства юстиции»;
- он регулировал дорожное движение;
- в день краха януковического парламентского большинства он публично потребовал от депутатов явиться на заседание Верховной Рады: если вы не часть решения, то вы часть проблемы.
Иными словами посол США обладал возможностью влияния на силовую часть майдана, значительно большую, чем вожди революции; он принял физическое участие в срыве контртеррористической операции, помогая разблокировать дорогу, принял личное участи в развале одной парламентской коалиции и формировании другой.
Все это было сделано публично. Это не тайные переговоры, тайное давление, нет, это прямое участие.
На Украине теперь так можно.


10. Фундаментальное единство Запада по украинскому вопросу.
Любопытно, что любое, самое минимальное сотрудничество Украины и России, которое имеет признаки стратегического, вызывает мощную консолидированную реакцию США и Европы. Американские дипломаты могут материть европейцев за нерешительность и т.д., но что США, что ЕС начали угрожать санкциями Януковичу за разгон майдана, когда никто не погиб; распространение закона Магницкого на тех, кто принял решение о разгоне митинга – в отношении крупной европейской страны - ново, это прецедент, такого еще не был.
Мы видели, что под конец правления Буша-младшего европейцы сорвали принятие Украины и Грузии в НАТО, но стратегическое влияние России на Украине считается, очевидно, немыслимым. Видимо точка зрения Бжезинского находит отклик у европейских стратегов.

11. Архаизация украинских институтов.
На Украине происходит крах институтов современного общества, архаизация.
Если еще в 2004 году решение о третьем туре выборов, фактически о победе оранжевых, формально принимал Верховный Суд, можно было говорить о некоторых традициях толкования права и пр., то теперь все иначе.
Новое парламентское большинство сформировано не только за счет традиционного для Украины сговора олигархов, но и за счет насилия, о чем регионалы могут пожаловаться только европейцам: «мы голосуем под дулом автоматов»; массово голосуют за отсутствующих, речь идет об отборе карточек для голосования у депутатов бывшего парламентского большинства. Насилие осуществляется силовыми структурами майдана.
При этом Конституция изменяется постановлением Верховной Рады, что грубо ее нарушает. В день, когда президент говорит, что он не подпишет заявление об отставке, его снимают также решением Верховной Рады.
Объявляется о массовых отставках судей Конституционного Суда.
При этом много говорится о роли прямой демократии – майдане, политики отчитываются перед майданом, говорится, что майдан соответствует историческим традициям Украины.
Таким образом, речь идет о замене неэффективных, коррумпированных, по факту не освоенных обществом институтов современного государства: выборы, парламент, президент, суды на работающие институты архаики.
Единственная реальная альтернатива: нео-запорожская сечь или диктатура, разумеется, при условии сохранения государства.


12. Титушки. Два аспекта мифа: собственная безответственность и расчеловечивание оппонентов.
Тут украинские братья творчески переосмыслили достижения российских коллег, с их «85-ти рублевым», «ватниками», анчоусами.
Вне всякого сомнения, существуют уголовные и полууголовные элементы, сотрудничающие с властями. Вне всякого сомнения, милиция и госбезопасность используют в своей деятельности провокаторов. То есть явление есть.
Что, однако, сделали лидеры майдана? Они его раздули и абсолютизировали явление, придумали термин «титушки».
Они стали списывать на титушек негативный эффект от своих действий (Банковая, первый день на Грушевского, другие менее известные инциденты): пошла негативная реакция, стали появляться сомнения у сторонников – сразу виноваты титушки. Поменялась ситуация – снова это благородные протестующие.
Второй момент – систематическое описание противников как «титушек», создание впечатления, что в гражданском поле против благородных «нас» только уголовный сброд – «титушки», т.е. никого.
Миф о титушках активно работает и теперь. Под предлогом титушек прерывали выступление Тимошенко на майдане по освобождению последней (лидеры майдана не могли не дать выступить Тимошенко, но не хотели дать ей сорвать банк).

13. Русские и украинские добровольцы.
На майдане говорят о том, что там много русских. Частично это русские ультрас, а по кричалкам можно даже определить, фаны каких клубов там есть. Под брендами каких политических, квазиполитических структур они туда пришли, не суть важно.
Важно, что они есть. Ранее были появления украинских добровольцев в Белоруси, были они и в России во время белоленточной революции


14. Приятие Бандеры и тому подобных фигур.
Многие говорящие головы российской интеллигенции начали вещать о том, что отношение к Бандере не может быть простым, что он сидел в немецком лагере, что ОУН-УПА воевала на два фронта, что нацизма на Украине нет, что нужно быть очень осторожным в оценках.
Говорящий это в эфире «Эхо Москвы» Евгений Киселев на Украине спокойно допустил в свою программу на основном украинском телевидении «Ореста Лютого», что говорит о том, что отношение на самом-то деле не сложное, а вполне себе простое.
Tags: Евромайдан
Subscribe

  • (no subject)

    Волкодав прав, людоед нет (с)

  • (no subject)

    Агитка и агитка, местами небесталанная, делов-то. Плохо, что прекрасной Любови Аксеновой играть там нечего. Дельфин: Раз два найдем тебя Три…

  • (no subject)

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments

  • (no subject)

    Волкодав прав, людоед нет (с)

  • (no subject)

    Агитка и агитка, местами небесталанная, делов-то. Плохо, что прекрасной Любови Аксеновой играть там нечего. Дельфин: Раз два найдем тебя Три…

  • (no subject)